Материнская любовь

Есть ли что-то более желанное для ребёнка, чем любовь матери? Что может быть прекраснее потребности, которая удовлетворяется, ещё толком не успев возникнуть?

Любовь матери неизбежно отсылает нас в сад Эдема, где Адам и Ева наслаждаются жизнью. Они чувствуют абсолютное и трансцендентное блаженство от своего местопребывания — с одной стороны, и от собственных ощущений — с другой. Сад наполнен плодами и переполняющей его красотой. Когда его обитатели чувствуют нужду в чём-либо, они тут же получают опыт её утоления.

Одна из главных задач матери — непрерывное усилие по настройке на нужды ребёнка. Она интуитивно понимает и чувствует, где и как ей следует быть и действовать: это умение она практикует постоянно и динамически совершенствует. В те редкие моменты, когда мать не справляется с этой ролью, ребёнок цепляется за позитивный опыт и выдерживает тревогу разлуки.

Мамантёнок пел: «Пусть мама услышит, пусть мама придёт, пусть мама меня непременно найдёт». Именно эта «непременность» и характеризует материнскую любовь. Её своевременность и точное попадание в детскую жажду служат источником формирования глобального чувства удовлетворённости.

Мы обращаемся к материнской любви, когда испытываем голод. Мы организуем питание, следим за его полезностью и регулярностью. Заботимся о собственной гигиене, внешнем виде, опрятности и чистоте. Иными словами, всё то, что раньше входило в материнские обязанности, постепенно, с возрастом, встраивается во внутренний психический мир нашей личности.

Отцовская любовь

Отцовская любовь заслуживает отдельного обсуждения как минимум потому, что она, по всей видимости, кардинальным образом отличается от того, что мы привыкли понимать как материнскую любовь.

В этом контексте, если материнская любовь – это своевременная способность матери откликаться на потребность ребёнка и символически давать грудь для того, чтобы ребёнок смог утолить свой голод, то любовь отца представляет собой нечто иное.

Отцовская любовь – способность отца подготовить своего сына к путешествию. Причём путешествию не конкретному, а глобальному, представляющему собой жизнь. Отец награждает своего сына большим и тяжёлым рюкзаком, с которым тот пойдёт в непростой поход – то самое жизненное путешествие. Однако не стоит забывать о том, что большой рюкзак имеет большой вес не только с позиции тяжести, но и с позиции трудности переживаний, заложенных в него. Чтобы справиться и выдержать эти переживания и применить подаренный отцом груз, отец должен сделать ребёнка ещё и сильным, способным взвалить на свои плечи и спину этот рюкзак необходимых жизненных навыков.

Не каждый сын готов этот рюкзак перенять. Не каждый ребёнок может воспринять закон и правила, которые вводит для него отец, как нечто дружелюбное и предполагающее благие намерения. Скорее даже наоборот: во многих случаях интенция отца дать ребёнку то, что пригодится ему в будущем, может быть воспринята вторым в штыки, а также ощущаться как угроза и нападение.

Таким образом, параллельная задача отца заключается не только в том, чтобы дать ребёнку силу и мудрость для путешествия жизни, но и способность видеть пользу и применение, а также ценность в испытании и выдерживании фрустрации.

Отцы любят иначе, чем матери, но их обоих определяет одно – интенция сделать жизнь ребёнка лучше.